Перейти к контенту →

Трололо: Нельзя просто так взять и выпустить книгу про троллинг. Уитни Филлипс. Краткое содержание

Основные идеи

  • В Интернете тролли – это пользователи, в намерения которых входит спровоцировать скандал или раздуть конфликт ради собственного развлечения.
  • Тролли нуждаются в анонимности, без которой им не получить наслаждения.
  • Свои действия тролли оправдывают поиском “лулзов” (LOLs) – возможности получить эмоциональное удовлетворение за счет чужой болезненной реакции.
  • В поведении троллей проявляются культурные механизмы более общего характера, такие как любовь к черному юмору.
  • Большинство троллей уверяют, что в офлайне они совершенно другие люди, которые ведут себя иначе и верят совсем в другие вещи, нежели в онлайне.
  • СМИ, гоняющиеся за сенсациями, критикуют троллей за те же действия, которыми не брезгуют сами.
  • “Эмоциональная диссоциация” – механизм дистанцирования, благодаря которому агрессивный тролль не задумывается о том, какое влияние его действия оказывают на людей.
  • Пищей для тролля может стать любой онлайн-контент, в особенности искренние проявления чувств, идеологических убеждений, политкорректность и сообщения о трагедии.
  • Тролли создают мемы, многие из которых проникают в массовую культуру.
  • Меры по борьбе с троллями могли бы включать в себя онлайн-идентификацию пользователей, а также усиление контроля над их действиями в виртуальном пространстве. Но все это будет означать конец анонимного Интернета.

“Определяем термины”

Тролли озабочены тем, чтобы спровоцировать скандал или раздуть конфликт ради собственного развлечения. Впервые слово “троллинг” в применении к онлайн-активности появилось в Оксфордском словаре английского языка в 1992 году. Считая, что “ничего нельзя воспринимать всерьез”, тролли высмеивают любое искреннее выражение чувств, которое им попадется на глаза. Тролли любят подвергать нападкам людей, оказавшихся в сложной жизненной ситуации. Еще яростнее они травят тех, кто искренне сочувствует чужим неприятностям. Троллинг – это злобные, оскорбительные, непристойные, безответственные и попросту подлые действия. Тролли атакуют анонимно и получают удовольствие, играя на эмоциях людей, с которыми не знакомы лично. Жертва не в состоянии адекватно ответить троллю, а если она пытается это сделать, то тролль нападает на нее с удвоенной силой.

Тролли отлично знают, как возбудить негодование СМИ. Высмеивая новостные сообщения, они демонстрируют те же самые приемы охоты за сенсациями и психологического манипулирования, которые использует пресса. СМИ, разумеется, яростно выступают против троллинга.

Повадки

Тролли олицетворяют для многих темную сторону Интернета. Они образуют собой огромную, скрытую, неоднородную вселенную онлайн-пользователей, которые имеют друг с другом много общего и одновременно практически ничего общего.

Существование троллей – основная причина, по которой Интернет до сих пор не может стать комфортным местом для сотрудничества. Вместе с тем поведение троллей является зеркальным отражением вполне типичных и даже одобряемых принципов поведения, принятых в традиционной культуре.

Одни тролли осыпают кого-то оскорблениями, другие подвергают кого-то травле, а третьи просто желают поразвлечься, как это сделал бы малолетний хулиган. Некоторые тролли, выбрав жертву, травят ее неделями, другие нападают один раз, а затем исчезают. Тролли наиболее гнусной разновидности развлекаются тем, что глумятся над переживаниями посетителей онлайн-групп, создаваемых для обсуждения чьей-либо трагической смерти или убийства. Излюбленной пищей троллей становятся любые высказанные с энтузиазмом идеологические убеждения, проявления политкорректности или искренности. Как считают сами тролли, они приносят пользу – тем, что преподают другим урок. Этот предлог позволяет им совершать отвратительные деяния, прикрываясь высокими этическими соображениями.

Анонимность – маска тролля. Тролли лгут, даже давая интервью. Пообщавшись напрямую со многими троллями, автор книги признает, что не в состоянии объективно оценить демографическую информацию, которую она собрала. На основании всей массы полученных ею разрозненных свидетельств напрашивается вывод, что большинство троллей – это белые мужчины, у которых есть доступ в Интернет и свободное время на троллинг. Кроме того, оказывается, что национальность тролля можно достаточно легко вычислить по его манере общения. Так, австралийские тролли – самые агрессивные, видимо, из-за суровости национальных законов о цензуре, и действуют по принципу “пан или пропал”. Британские тролли выделяются своим мрачным юмором и общительностью, они даже пытаются заводить онлайн-друзей. Американских троллей, чувствующих себя вполне комфортно под защитой Первой поправки к конституции США, гарантирующей свободу слова, сразу видно по их хвастливой манере и ссылкам на правозащитные организации.

Считается, что один из главных рассадников троллей – это сайт с картинками 4Chan. Между тем тролли начали действовать задолго до появления этого сайта. Американский интернет-провайдер America Online столкнулся с проделками троллей еще в 1990-х годах. На протяжении многих лет тролли, глумясь над пользователями Интернета, чаще всего используют с этой целью три омерзительные картинки: “Гоатсе”, “Девушка в ванной” и “Лимонная вечеринка”. Эти шокирующие изображения оскорбляют взгляд любого человека – именно эти качества и обеспечили картинкам долгую жизнь и регулярное воспроизведение.

“Лулзы” и тролльский юмор

Троллями движет охота за “лулзами”. Это слово из интернет-сленга, обозначающее радость от страданий другого человека, образовано от множественного числа распространенной английской аббревиатуры LOL (“laughing out loud”, или “громко смеюсь”). По смыслу слово lulz близко к немецкому Schadenfreude, означающему радость от лицезрения несчастий неприятного вам человека. Однако эмоция, описываемая как Schadenfreude, пассивна, в то время как лулзы – результат активных враждебных действий. Тролли наслаждаются, причиняя боль и страдания своим жертвам. В США большинство лулзов направлены на афроамериканцев, женщин, лесбиянок, геев, бисексуалов и трансгендеров, из чего можно заключить, что лулзы воплощают собой веру в превосходство белого мужчины-американца. С точки зрения тролля лулзы способно доставить все что угодно, в том числе и высмеивание других троллей.

Наши шутки показывают, в каком мире мы живем, какие у нас ценности и что происходит в нашей жизни. В разных обществах люди смеются над разным. Тролли знают, что считается смешным, а над чем смеяться нельзя. Им нравится намеренно писать с ошибками или использовать слова неверно. Они выстраивают собственный образ, искажая и переделывая цитаты из фильмов, телепередач, популярной музыки и онлайнового мира.

Митчел Хендерсон

В качестве примера рассмотрим троллинг, последовавший за гибелью Митчела Хендерсона, подростка, застрелившегося из родительской винтовки. За два дня до этого он потерял свой iPod. Тролли уцепились за этот факт и начали травлю его семьи, настаивая на связи самоубийства с потерей айпода. Особый интерес тролли проявляют к самоубийствам, совершенным молодыми белыми людьми из обеспеченных семей, вызывающими их особое презрение. В случае с Хендерсоном тролли разгласили персональную информацию о родственниках мальчика, взломали его страницу в MySpace и разместили там множество фотографий айподов.

Такое поведение – издевательское глумление над горем других – является проявлением психологического механизма “эмоциональной диссоциации”, отгораживающей нападающего от его мишени. Для человека в состоянии диссоциации любые эмоции выдают слабость и поэтому их необходимо подавлять – все переживания воспринимаются лишь как пища для насмешек. Тролли отгораживаются, чтобы не обращать внимания на чувства, испытываемые теми, на кого они нападают. Чем больше диссоциация, тем охотнее тролли копаются в самых эмоционально насыщенных деталях той или иной истории.

 

Мемы

Впервые слово “мем” использовал в 1976 году британский биолог Ричард Докинз для описания того, как в обществе распространяются культурные артефакты. Практически все мемы, получившие распространение в Интернете в 2003–2011 годах, были созданы или подхвачены троллями (например, “ЛОЛ-коты”). Мир троллей – это система самовоспроизводящихся мемов, где лулзы выполняют функцию связующего звена между анонимами.

Мемы функционируют следующим образом. Кто-нибудь находит материал, доставляющий лулзы, и размещает его. Кто-то другой отвечает, обычно внося изменения, усиливающие оскорбительность или саркастический тон поста. На каждом следующем этапе могут возникать новые мемы. Всякий, кто следит за процессом или участвует в нем, становится членом сообщества и начинает продвигать его “ценности”. Лулзы порождают новые лулзы, а также обеспечивают чувство принадлежности к сообществу единомышленников, из которого жертва всегда исключается. С увеличением количества постов и приумножением лулзов эмоциональное отгораживание троллей от жертвы все больше усиливается. Благодаря повсеместному распространению Интернета в работу включились миллионы творцов мемов.

Поступки и идентичность троллей

Большинство опрошенных троллей утверждают, что их личность в Интернете не имеет ничего общего с их подлинным характером и поведением в реальной жизни. Каждый тролль-персонаж действует в рамках индивидуальных, четко определенных поведенческих стереотипов и эмоций. Тролли уверяют, что могут спокойно существовать в условиях такого раздвоения, не испытывая психологических проблем. На самом же деле тролль тратит массу сил, внимательно следя за тем, чтобы эти две его личности никак или почти никак не пересекались. Онлайновая идентичность тролля – это маска, и любой тролль может похвастаться четко обозначенными границами между инсайдером и аутсайдером.

Тролли отлично понимают, чем занимаются. Благодаря эмоциональной диссоциации они не испытывают сострадания к своим жертвам, но при этом прекрасно представляют, какую реакцию вызывают их действия. Они знают, кнопку какого социального или культурного механизма нужно нажать, чтобы вызвать в ответ самую сильную ярость и тем самым извлечь больше лулзов. Интересно, что знание того, как сильнее всего досадить другому или его оскорбить, предполагает способность к эмпатии. Однако для эмоционально отрешенного тролля такая эмпатия оказывается исключительно абстрактной или интеллектуальной.

В отрыве от контекста

Эмоциональная отгороженность троллей отражает более общий культурный механизм психологической адаптации: к черному юмору обычно прибегают, чтобы защититься от ужасов реальной жизни. Так, в США множество мрачных шуток появились после убийства президента Джона Кеннеди. Способность острить по поводу трагедии тесно связана с распространением СМИ, и прежде всего телевидения.

Телевидение отделяет зрителя от того, что тот видит на экране. Новости о землетрясениях перемежаются в телевизионных выпусках с рекламными роликами. Нескончаемый поток образов ослабляет впечатления зрителя и еще сильнее отчуждает его от реальности самого события. Просмотр обычных теленовостей ведет не к сопереживанию, а к дистанцированию зрителя от того, что произошло, и от эмоций людей, которых показывают на экране. В Интернете эмоциональная диссоциация усиливается, когда, потребляя непрерывный поток лишенной контекста информации, пользователи совершают постоянные переходы между онлайном и офлайном. Всплывающие рекламные окна еще сильнее затрудняют длительное сосредоточение внимания на эмоционально окрашенном или интеллектуальном содержании. Даже самые трагические события, такие как террористические акты 11 сентября 2001 года, будучи вырваны из своего контекста, превращаются в простой “контент”, то есть материал, который может использовать кто угодно с какими угодно целями. В блогосфере все многообразие жизни сводится к отрывочным порциям контента, и тролли используют это упрощение, чтобы подать любое событие нужным для себя образом.

Нужна ли цензура

Насколько можно судить, тролли “старой школы” сейчас уже не столь активны, как раньше. Тролли старой закалки презирают современный троллинг, считая его юношеским хулиганством, временами принимающим криминальный оттенок. По мере распространения термина “троллинг” его смысл все больше размывается. Сегодня троллем могут назвать любого не слишком вежливого пользователя Интернета. В Аризоне провалилась попытка ввести меры наказания за троллинг. Юристы пришли к выводу, что этому явлению очень сложно дать определение. Квалифицирующим признаком троллинга в законопроекте было “надоедание”.

Законодательные действия по пресечению троллинга могут причинить непоправимый ущерб свободе слова в Интернете. У кого будут полномочия решать, какой пост – оскорбление, а какой – просто шутка? Гарвардский профессор Джонатан Зиттрейн высказал опасение, что ничем не ограничиваемый, бесконтрольный Интернет рано или поздно станет вызывать возмущение у такого большого числа пользователей, что они согласятся на введение в Сети предварительной цензуры. Возможно, меры такого рода будут реализованы в форме аутентификации пользователя перед его заходом на сайт или усиления контроля над онлайн-активностью. Так или иначе, все это будет означать смерть анонимного Интернета. И вполне возможно, что такой контролируемый Интернет будет ничуть не лучше, добрее или интеллектуальнее, чем его нынешняя обезличенная версия.

Вне всякого сомнения, троллинг представляет собой ту обостренную субъективность суждений, ту озлобленность, которые сегодня свойственны культуре в целом. Если уж законодатели собрались очистить Интернет от расизма, гомофобии и сексизма, им следует начать с того, чтобы избавить от этих форм поведения само общество. Всякий раз, когда Fox News показывает телевизионный сюжет, который можно истолковать в расистском смысле, тысячи троллей понимают, что и они имеют право быть расистами в онлайне. Примеры СМИ, гоняющихся за сенсациями, раз за разом доказывают, что сенсации притягивают внимание аудитории. Троллинг, как его ни назови, выступает средством, благодаря которому на сайты привлекаются посетители, увеличивая количество просмотров страниц и доходы от рекламы.

Провокация в стиле троллей

Эффективность троллинга отрицать нельзя. Когда над библиотекой города Трой в штате Мичиган нависла угроза закрытия из-за сокращения бюджета, спасти ее могло бы небольшое повышение налогов. Однако местная политическая партия объявила повышению войну. В дело вмешалось рекламное агентство Arc Worldwide. Оно создало фиктивную общественную организацию SAFE (“Защитим американские семьи”), которая тоже выразила протест против повышения налогов. Используя приемы и риторику троллей, SAFE объявила, что по случаю закрытия библиотеки проведет вечеринку с сожжением книг. Местных жителей охватило такое возмущение, что они тут же встали на защиту чтения, и библиотека была спасена. Перспектива закрытия библиотеки никого не тронула, но как только “какие-то ненормальные” предложили сжечь книги, апатия сменилась гневом. Агентство добилось нужной реакции.

Об авторе

Уитни Филлипс – старший преподаватель литературного творчества в Мерсеровском университете.

Цитаты

  • “Скажите мне, как вы шутите, и я скажу вам, в каком мире вы живете”.
  • “Троллинг может быть мерзким, отвратительным занятием. Собственно говоря, в этом и весь его смысл – дезорганизовать и вывести из душевного равновесия как можно больше людей, используя любые доступные лингвистические или поведенческие средства”.
  • “Тролли… отказываются относиться к другим так, как требуют относиться к себе. Вместо этого они делают что хотят, когда хотят и с кем хотят – при почти полной безнаказанности”.
  • “Мысли, выражаемые тролль-личностью человека, не обязательно отражают его мысли как члена общества”.
  • “Тролли никогда не связывают свой объект насмешек… с его эмоциональным контекстом”.
  • “Нет ничего забавнее, чем создать гробницу незнакомому покойному, выждать, когда группа юзеров разрастется, и тогда ошарашить транзитных плакальщиков оскорбительным контентом или грубыми шутками”.
  • “Поведение троллей непосредственно отражает культуру, в которой тролли возникли”.
  • “В большинстве случаев конфуз из-за проигрыша или даже просто возможность проиграть заставляют тролля искать добычу послабее”.
  • “Национальность фейсбучного тролля можно легко и безошибочно определить по его манере троллинга. Тролли могли скрыть свои настоящие имена, но их культурный опыт просачивался наружу и позволял догадываться об их национальности”.
  • “В конце концов я поняла, что в сознании троллей их профили действительно существовали отдельно от их «истинных» личностей”.
  • “Принципиальную асимметрию троллинга осложняет тот факт, что подавляющее большинство троллей – белые мужчины, обладающие определенными экономическими привилегиями, а большинство их мишеней относятся к так называемым «недопредставленным» группам либо маргинализованы в том или ином отношении”.
  • “Нет гарантий, что свободный от анонимности Интернет будет добрее и великодушнее”.
  • “Троллинг может быть неприятным побочным эффектом такой открытости, но, запирая то, что открыто, и называя то, что безымянно, мы рискуем создать больше проблем, чем разрешить”.

 

Опубликовано в Быстрый результат

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *